Зареница
Приветствуем Вас
на сайте
"Зареница"

* * * * *
Вы можете оставаться
гостем, но будет
гораздо приятнее, если Вы
войдёте под своим
логином или пройдёте
процесс регистрации.

Славяне, Славянское творчество, Абсурды христианства, Славянская здрава, Славянская кухня, Волшебный язык Славян, Славянская магия
 
ПорталПортал  ФорумФорум  ЧаВоЧаВо  ГалереяГалерея  ПоискПоиск  РегистрацияРегистрация  ВходВход  
Последние темы
» Если родновер (славянский язычник) умер...
Вс 30 Июл - 11:23 автор Кречет

» Рассказы Евгения ЧеширКо
Ср 8 Фев - 17:59 автор Кречет

» Подлинное сказание о зловянах.
Сб 4 Фев - 16:49 автор Кречет

» Фильм "Викинг" .
Ср 11 Янв - 21:00 автор Кречет

» Картины художника Андрея Шишкина.
Вс 1 Янв - 21:59 автор Кречет

» Хлеб-соль и клюква
Вт 29 Ноя - 10:49 автор Кречет

» Калитки с картофельной начинкой.
Вс 30 Окт - 17:34 автор Кречет

» О празднике Хеллоуин.
Вс 30 Окт - 17:29 автор Кречет

» Бигос.
Вс 23 Окт - 17:33 автор Кречет

Поиск по Славянским сайтам
Праздники славян

Поделиться | 
 

 Пластуны - казачий спецназ: Подготовка пластуна.

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Кречет

avatar

Сообщения : 270
Дата регистрации : 2013-01-03
Возраст : 39
Откуда : Коломна

СообщениеТема: Пластуны - казачий спецназ: Подготовка пластуна.   Вс 17 Июл - 13:18


С десятилетнего возраста мальчик вступал в мужское культурное пространство. «Сначала он ходил за батьком в роли «мыхоноши», т.е носил хлеб, построму, посылался за продовольствием в куринь и исполнял другие мелкие поручения», – вспоминал Митрофан Седых. Я.Г. Кухаренко очерчивает следующий круг обязанностей «мехоноши»: «Тем временем, пока пластун охотится в плавнях, хлопец его из куреня оббегает расставленные на тропках капканы, ступицы, силки; выбирает, что попалось, снимает шкурки. Потом перемоет всякую ловчую утварь (потому что зверь на окровавленный капкан или ступицу не пойдёт) и вновь расставляет их по потаённым тропкам».

«Отец его («мехоноши». – О.М.) – обращал особенное внимание на то, чтобы его «хлопьяк» умел ориентироваться в плавнях и в лесу. Показывал ему особенные приметы в лесу и плавнях, тропинки, известные лишь ему одному, по которым он выслеживал зверя и черкесов, постепенно приготовляя его к осторожности, смелости и научал различным военным хитростям, на которые так были изобретательны пластуны и щеголяли ими в военное время». Пластуны учили выбираться из выкопанных черкесами и замаскированных на тропинках ям с помощью якоря на длинном ремне. Горцы ствили под водой в ериках, где ходили пластуны, капканы с такими сильными пружинами, что попавший в них человек на всю жизнь оставался калекой – ему перебивало ноги. Опытные казаки советовали при переходе через ерик ощупывать впереди себя дно шестом, открывая капканы.

Особое внимание уделялось умению метко стрелять и стойко переносить тяготы и лишения. Митрофан Седых вспоминал, что «лет 16-ти юноша без промаха стрелял по кабану «в око» и сточески переносил все лишения бродячей жизни». И.Д. Попка отмечал: пластуны, прежде всего, требуют, «чтобы новичок был стрелок, затем что на засаде, в глуши, без надежды на помощь один потерянный выстрел может повести дело на проигрыш; потом требуют, чтоб он был неутомимый ходок – качество, необходимое для продолжительных поисков, которым сопутствуют холод и голод, – и наконец, имел бы он довольно хладнокровия и терпения про те случаи, когда надобность укажет под носом превосходного неприятеля пролежать в камыше, кустарнике, траве несколько часов, не изобличив своего присутствия ни одним неосторожным движением, затаив дыхание».

Ученику пластуна незачем было пробуждать в себе «уснувшие» инстикты, обострять чувство и восприятие, заряжаться природной энергией, как в дальневосточных боевых искусствах, где система боевой поготовки включала в себя периодическое удаление в лоно природы. Пластуны сами были порождением природы закубанских плавней, чувствовали себя в них в родной стихии. Природный фактор создавал на Кубани условия, в которых успешно функционировала система подготовки стрелков-разведчиков. «Плавня с дикими её жильцами – его военная школа, а охота – учитель, – писал И.Д. Попка. – И действительно, в этой школе приобретает он первый и твёрдый навык к трудам, опасностям и самоотвержению, и из этой выучки выходит он таким совершенным стрелком, что бьёт без промаха впотьмах, не на глаз – на слух».

Служба в разведке требовала не только физической выносливости и меткости, но и умения осмысливать происходящее, оценивать обстановку. Этому тоже постоянно учили «хлопцев» опытные пластуны: «Чтобы не встретить смерть или не попасть в плен, нужно было найти подходящие выходы из затруднительного положения, – отмечал Ф.А. Щербина, – а для этого требовалось думать, «размышлять», по выражению пластунов. Казак с плохою головою не годился в пластуны, и только при союзе хорошо думающей головы с изощрённым зрением, слухом, хладнокровием и выдержкой получался хороший пластун». Имея «личный счёт» с черкесами, пластуны заставляли своих юных помощников учить язык противника, чтобы понимать его переклички или вводить в заблуждение караульных. При этом пластуны были наблюдательными психологами. Например, учили молодёжь, что в разведке при встрече с противником один на один даже «храбрейший из горцев не откажется немножко струсить, если на него никто со стороны не будет смотреть, если не случится свидетелей с длинными языками. Когда нет в виду добычи, черкес любит, чтобы яркое солнце светило на его подвиг, чтобы на него смотрели, если не сорок веков, так сорок земляков, у которых ведь сорок языков».

«Хлопцев» учили запутывать следы, уходя от неприятеля. Об одном таком приёме рассказывал в своих воспоминаниях Аполлон Шпаковский: «Задковать», технический прием пластунов, означает «идти задом, чтобы обмануть неприятеля направлением следов. Кажется, что это дело не требует особенной ловкости и искусства, а на практике выходит далеко не так: нужно иметь много навыка, чтобы идя задом, отпечатывать следы человека, покуда идущего вперед. Опытный пластун не впадет в ошибку, если этого условия не соблюдено».

Для скрытной связи в лесу и в плавнях молодые казаки осваивали манеру подражания голосам птиц и зверей: «Настоящий пластун и залает лисицей, и зачмышет кабаном, крикнет, как олень или дикая коза, запоёт диким петухом, зафырчит барсуком, завоет волком, забрешет собакой». На охраняемых пограничных участках молодежь учили оставлять не заметные для чужого глаза приметы, которые несли ценную информацию: несколько камышин, обрубок палки, сухую вербу, подкову и др.

Овладевали будущие пластуны и приёмами обезвреживания противника. Эти приёмы сводились к внезапному нападению из засады на неподозревающего врага и не имеют ничего общего с теми «реконструкциями», которые подвижники «пластунского стиля» сочли необходимым «облагородить» боевыми комплексами из арсенала восточных единоборств. Пластуны, которым требовалось умение незаметно подкрасться, внезапно напасть, взять «языка», видимо, владели некоторыми элементами рукопашного боя с ударами, подсечками, захватами. Но назвать это «единоборством» сложно: вовсе не предполагалось, что противник готов к обороне. «Объект атаки пластуна – часовой, которого нужно снять, «язык», которого нужно взять… – справедливо отмечает Г.К. Панченко. – Вступать с ним в «честный», маневренный бой – смерти подобно. В ходе всего этого противник первым делом закричит, что станет концом и для тайной вылазки, и лично для пластунов».

Пластуны учили молодых казаков ни в коем случае не сдаваться в плен, не поддаваться ни на какие уловки неприятеля. Известен подвиг пластунов станицы Самурской в феврале 1864 г., когда будучи окружёнными превосходящими силами горцев, казаки, выбрав из своей среды старшим пластуна Евтушенко, скрылись в обнаруженной в ближайшей скале пещере и завалили ход камнями. В этом убежище казаки держались без воды и пищи четыре дня, отражая беспрестанные атаки горцев и отвергая требования о сдаче. Посланный за подмогой казак сообщил, что черкесы предлагали им сдаться, но Евтушенко отвечал: «Когда перебьют всех, пусть берут наши тела, а живым никто из пещеры не выйдет». Драгуны Нижегородского полка князя Чавчавадзе атаковали неприятеля и заставили его отступить. К призыву открыть вход защитники пещеры отнеслись с недоверием. В ответ на русскую речь защелкали курки винтовок. Евтушенко заподозрил здесь хитрость со стороны горцев, имевших «толмачей» из числа беглых и пленных русских солдат. «Не верим, что вы наши, – сыграй в трубу», – ответил несговорчивый Евтушенко. Но, вспомнив, что при гибели казаков у них была горцами взята труба, спросил: «Скажите сначала, кто у вас начальник?». Неизвестно, до каких пор продолжался бы этот экзамен, если бы, наконец, не появился посланный из пещеры за подмогой казак Кубанов, которого защитники признали и стали разламывать каменную стену. Сохранилось свидетельство генерала К.К. Гейнса о периоде ученичества Евтушенко: «Николай Матвеевич Евтушенко, теперь урядник Самурской станицы, еще не будучи казаком, жил при одном из своих родственников, ходил с ним постоянно на охоту в плавни, где и приобрел пластунские способности и навык к меткой стрельбе. Когда его родители, жившие в Малороссии, прибыли переселенцами в Самурскую станицу, тогда молодой Евтушенко оставил Черноморию и поселился здесь со своей семьею. Изъявив желание быть пластуном, он самым усердным образом шнырял по горам, подцепляя по временам оплошных горцев и знакомясь с местностью».

Завершало обучение знакомство с заговорной практикой, характерству, весьма специфической для воинской субкультуры пластунов. В воинских заговорах и молитвах осуществлялось моделирование защищенного пространства, которое перемещалось вместе с воином. Заговоры снимали излишнюю психологическую напряжённость у пластунов, страх, формировали чувство уверенности в себе и правоте действий. В известных источниках не нашёл отражения сам процесс обучения заговору, но некоторое представление об этом можно составить по литературным произведениям современников. В повести «Казаки», основанной на личных впечатлениях Л.Н. Толстого о жизни в станице Старогладковской, дед Епишка рассказывает Лукашке, как найти разрыв-траву при помощи черепахи («не будет тебе ни замка, ни западни»), учит заговору, чтоб «никто не убил». Старый казак примечает палку, что «дурно лежит» посередине дороги и учит Оленина, как надо поступить. И.Д. Попка перечислил ассортимент заговоров, которые усваивали пластуны: «Заговор от пули, от обпоя горячего коня, от укушения змеи; наговор на ружьё и капкан; «замовленье» крови, текущей из раны».

Автор: Матвеев О.В.

Вернуться к началу Перейти вниз
 

Пластуны - казачий спецназ: Подготовка пластуна.

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Зареница :: Историческое прошлое Руси :: Историческое прошлое Руси-